Он воскрес! (adam_a_nt) wrote in svt_innokentiy,
Он воскрес!
adam_a_nt
svt_innokentiy

Дальше только море. Рассказ священника Алексея Жаровова о миссионерской поездке.

Оригинал взят у kakpomoch_ru в Дальше только море. Рассказ священника Алексея Жаровова о миссионерской поездке.
В миссионерскую поездку по отдаленным деревням по побережью Белого моря еду я, священник Алексей Жаровов и мой брат Эдуард. Заказаны билеты. Сборы в дорогу закончены. Отслужен молебен о путешествующих. Впереди 8 часов езды на маршрутке в Архангельск. Дальше самолетом до деревни Ручьи, затем на снегоходах вдоль побережья Белого моря в деревни Мегра, Майда и Койда. Потом село Долгощелье и деревня Сояна. Немного тревожно. Мегра и Майда – деревни, где не удалось договориться с жителями по телефону о встречах. Сначала были какие-то отговорки, а потом, примерно за неделю до выезда, ураган нарушил связь с деревнями, и она все еще не восстановлена.Успеют ли восстановить связь до нашего вылета? Смогут, да и захотят ли нас принять люди?

За окном март и, конечно же, где-то темнеют проталины, бегут ручьи, но не у нас. До Полярного круга 30 километров и снег здесь сойдет не скоро, поэтому край наш называется приполярным. Вспоминаются местные присказки: «лето в этом году было, но в этот день я был на работе», «лето от зимы отличается тем, что зимой фуфайка застегнута, а летом расстёгнута».
Архангельск. С утра погода не заладилась. Низкая облачность не способствует оптимизму. Чем ближе к аэропорту, тем гуще туман.
Старые, добрые, незаменимые труженики приполярья Ан-2. Дальше из-за снега автобусу не пройти, поэтому мы ждем в салоне автобуса, пока самолет сам к нам подъедет.

Аннушки – самолеты на лыжах. Они могут садиться прямо на снежное поле. Достаточно трактору утрамбовать снег и выровнять заносы.
Летим. Сильный монотонный гул мотора. Солнышко ненавязчиво пытается пробиться сквозь плотную пелену тумана. На борту температура воздуха примерно такая же, как и за бортом. Холод начинает забираться под куртку. Самолет летит медленно, переваливаясь с боку на бок, проваливаясь в воздушные ямы. Все свободное место забито вещами.
До Ручьев летели около часа. Темная полоса с дымкой – это Белое море. Ручьи встретили нас бездонной голубизной неба, ярким солнцем и слепящим глаза снегом.
Выгружаемся. Нас встречает председатель сельсовета Котцов Михаил Федорович. Нам понравилась его открытость, общительность и заботливость.
Снегоходы – это местные такси, автобусы и грузовики. Это единственный транспорт на протяжении всей зимы, которая длится более полугода. Усиливается ветер. Начинается легкая поземка, к вечеру превратившаяся в сильную метель.

Знакомство с деревней. Первое впечатление – деревня утонула в снегах. Сугробы высокие, у некоторых домов не видно окон. Снег ветрами утрамбован на столько, что можно ходить не проваливаясь. Средняя высота сугробов – полтора метра.




Редко когда кто пройдет или проедет в буран. Холодно. Без особой нужды на улицу не выйдешь. За дровами ездят за 70 км. или собирают по лету что море вынесет.

Каждый кулик свое болото хвалит. Так вот, наши болота всем болотам фору дадут. Площадь Мезенского района более 34 тысяч квадратных километров. Это значит, более 20 тысяч квадратных километров первоклассных болот. Дорог здесь никогда не было, и, скорей всего, не будет. Здесь, как и тысячи лет назад, вместо проспектов и улиц реки, речки, речушки и протоки, соединяющие озера, озерки. Непроходимые калтуса (болотцы) и павны (топкие лужи), соединяющиеся в огромные трясины. Из растительности – в основном, ивняк, карликовая береза, мох, травы. Зимой все это разнообразие спрятано под снегом.
Белое море. Льды. Лед не стоит на месте. Приливом - отливом его ломает и торосит. Ветер таскает из стороны в сторону, относит от берега, вспучивает. Ходить по нему опасно.

Хорошая погода держалась не долго. Прошло часа полтора нашего пребывания, и началась сильная метель. Погода здесь очень неустойчивая.
Часовню в честь Святителя Николая Мирликийского чудотворца начали строить два года назад. К кресту ходят, его почитают. Но на улице молятся редко.

Знакомство с музеем. В небольшой комнате любовно собраны предметы деревенского обихода.

Беседа в школе. Здесь учатся около 30-ти детей.

Приняли хорошо, но было напряжение. Все-таки в этих местах я третий священник почти за сто лет. По телевизору, конечно, видели, а тут живьем. Темы, затронутые мной, были непривычны как школьникам, так и учителям. Разговор о вере и церкви начал с местной топонимики. Недалеко от Ручьев есть деревенька под названием Инцы. Название это произошло от верхней перекладины православного креста, на которой изображены титла Пилата. Данные слова удивили ручьевцев. Ребятишки слушали очень внимательно. Особо хочется отметить их уважительное отношение к незнакомым. В целом дети гораздо более воспитанные, чем ровесники в больших городах. Не думаю, что все им было понятно, но на протяжении всей беседы они слушали сосредоточенно.
С собой мы привезли книги для раздачи, молитвословы, брошюры об основах веры, церковных таинствах.

По благословению Иакова, епископа Нарьян-Марского и Мезенского я совершил Таинство Крещения и Божественную литургию. Здание клуба, где совершались Таинства, очень ветхое и холодное. Поэтому люди во время Крещения снимали верхнюю одежду только на время помазывания. Женщины были очень рады и благодарны, что смогли принять Таинство крещения в своей деревне, получить в подарок книги и участвовать в Таинстве Причастия. Высказали пожелания почаще приезжать к ним.





Отметили, что книги очень нужные и они рады их иметь в личном пользовании.
После Литургии чувствую недомогание. Видимо, из-за переохлаждения, обострились все мои старые хвори.
Это наш транспорт. Впереди Мегра, Майда и Койда.

Между деревнями как ориентиры стоят металлические 200 литровые бочки. Почти у всех водителей есть навигаторы.
Первые минуты поездки на снегоходе за водителем незабываемо восхитительны. Минут через пять-десять начинаешь обращать внимание на минусы такой поездки. Снегоход идет не ровно. Его то кренит на сугробах, то подбрасывает. Приходится все время держаться за ручки, установленные по бокам на уровне сидения. На большой скорости возникает ощущение, что сидишь в небольшом тазике и держишься за края, чтобы не вылететь. Плюс, обжигающий холодный ветер со снегом в лицо. Местные ездят в масках, а чаще просто закрывают лицо капюшоном.

В волокушах круче. Вспоминаются давно забытые ощущения катания в детстве с горки на фанерке. Там каждый бугорок прочувствуешь пятой точкой. Но в волокуше гораздо разнообразней. Если бугорок побольше, то и секунды полета в воздухе увеличиваются. Потом волокуши смачно плюхаются на снег, и их тут же начинает мотать из стороны в сторону или новый прыжок на ухабе. Это уж как получится. Думаю, тут более уместно сравнение с укрощением дикого жеребца. Снег из-под гусениц снегохода залепляет лицо, тает и тут же замерзает, покрывая кожу ледяной коркой, образуя в бровях, усах и бороде сосульки. Вытереть лицо нет никакой возможности, т.к. судорожно держишься за края.
Единственный снимок, сделанный на ходу со снегохода. Это промысловая изба на берегу Белого моря.

Мегра. Договориться о встрече так и не удалось. В Майде беседовал с начальником колхозного участка. К сожалению, в этой деревне мы не остановились на ночлег. Из-за отсутствия связи мы не смогли сообщить о своем приезде и нам не натопили дом, а в свой на ночлег не пустили. Но чаем напоили. Из-за трудности доставки стройматериала, дома здесь небольшие, топливо очень дорогое. До леса, где можно заготовить дрова еще дальше, поэтому жители собирают весь плавник, который приносит море. Вытаскивают, чтобы море не унесло, и по зиме снегоходами привозят к домам. Местные жители недоверчиво относятся ко всем приезжим. Предполагаю, что это связано с тем, что в этих деревнях было развито старообрядчество. Старообрядцы к чужим относились очень настороженно. Сейчас о старообрядчестве никто толком не знает ничего, а чисто человеческие привычки остались.

Такси до Койды.

В Койде нас поместили в гостинице, которая находится в том же здании, где находятся сельская и колхозная администрация. Комната обогревалась электрическим обогревателем и мы немного согрелись.

Койда нам показалась более оживленной деревней, чем предыдущие. Несмотря на начавшуюся метель, местные жители любезно согласились показать ее. Часовня без отопления, открывают по большим праздникам. В часовню ходят все, кто испытывает в этом нужду. Службы ведутся мирянским чином по старообрядческим книгам. Сюда свободно приходят и православные, и неверующие, поставить свечку.

Храм освящен в честь святителя Николая Мирликийского чудотворца. Построен в конце XIX века. В советское время использовался как склад райпотребсоюза. Сейчас находится в запустении. Местные жители начинают поговаривать о его восстановлении.





Дом культуры. Отопления практически нет. В музее целая стена заполнена фотографиями койдян, погибших в ВОВ. Но в этой деревне не меньше погибло людей, пострадавших за веру. Общее число неизвестно, но есть сведения, что только в один день в 1927 году было арестовано больше 20 человек только из этой деревни. Привлекли внимание стенды, отражающие жизнь людей в Советский период. Уклад их жизни суров и необычен.

Койденская средняя школа. Беседа о нравственности, о христианских и общечеловеческих ценностях. Дети здесь слушали так же внимательно, как и в Ручьях, но оказались более активными и принимали живое участие в беседе.
После беседы в школе, ко мне обратился заместитель председателя колхоза «Освобождение» Александр Аркадьевич Титов с просьбой освятить ремонтные мастерские и ферму. Что я и исполнил с превеликой радостью. В мастерских были рабочие, которые серьезно отнеслись к происходящему и участвовали в молитве. Был совершен водосвятный молебен, после которого мастерские и вся техника были окроплены святой водой.





Такой же молебен был совершен и на ферме и добавлением молитвы об умножении стада. Приятно отметить, что ферма недавно была отремонтирована и находится в хорошем состоянии. Испытав на своей шкуре суровость этих мест, проникаешься уважением к людям, живущим своим трудом на краю земли.
Таинства Крещения и причастия совершались, как и в Ручьях, в доме культуры. Но в Койде было значительно холоднее. Перед Крещением я провел подготовительную беседу с крестниками и крестными об основах христианской веры и обязанностях христианина. Затем вручил молитвословы и книжки об основах веры. Получая книги, люди просили передать благодарность всем участником этой миссионерской поездки. Не смотря на то, что дом культуры продувался всеми ветрами, и было очень холодно, люди стойко выдержали весь чин крещения.
Вернувшись в гостиницу, я понял, что не смогу дальше продолжать путешествие по планируемому маршруту из-за плохого самочувствия.
Божественная литургия совершалась на следующий день так-же в доме культуры. Помимо новокрещеных пришло еще несколько верующих, которые изъявили желание участвовать в таинстве Причастия. Помощников в совершении богослужения не было, вычитывал и пропевал все сам. К концу богослужения все сильно замерзли, но расходились в праздничном настроении.
Ярко светит солнце. Под аэропорт приспособлен вагончик. Пассажиры, провожающие и встречающие спокойно ждут посадку, обмениваясь новостями.



Взлетная полоса, только что отутюженная трактором, заканчивается рядом с местным кладбищем.

Кладбище разделено на три участка: старообрядческое, православное и ненецкое.

Крылатый труженик садится на только что утрамбованную трактором взлетную полосу. Родной холодный салон самолета. Возвращаясь домой, испытываю сложные чувства: радость и благодарение за совершенные Литургии в этих краях впервые с тридцатых годов прошлого века, горечь, что не удалось завершить запланированный маршрут. С удивлением и благоговением отмечаю, что Господь благословлял нас хорошей солнечной погодой на время пути, давая волю непогоде только на время наших остановок.

До революции жители сел и деревень сами, своими силами, на свои средства построили храмы и могли содержать священника с семьей. Сейчас это невозможно, но и без окормления людей в этих деревнях оставлять нельзя. Поэтому подобные поездки наиболее приемлемы в данной ситуации. Жители этих деревень были рады общению со мной и высказывали пожелания, чтобы к ним почаще приезжали. По своему обыкновению я не назначал цену на требы, говорил: «Кто сколько пожертвует». Пожертвований набралось чуть меньше полутора тысяч рублей. Поэтому подобные поездки невозможны без помощи Большой земли.

Данная поездка состоялась благодаря рабу Божьему Евгению, сотрудникам, помощникам «Какпомочь.ру»
Благодарим за помощь и поддержку главу администрации МО «Ручьевское» деревни Ручьи Котцова Михаила Федоровича;
Заместителя главы «Койденское» деревни Койда Малыгину Елизавету Леонидовну;
Заместителя председателя рыболовецкого колхоза «Освобождение» Титова Александра Аркадьевича;
Багину Ольгу Александровну;
Игнатьеву Веру Александровну.
Tags: Россия, миссионеры, опыт православной миссии
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments